это было очень круто когда меня вырвало на её груди

10 дней, скоро 11…12…13…14…15…16…17…18…19…20…21 Никакой не пропущен, каждый день как кровавый акт некроаутофиляции с элементами копрофагии на съемках гарантофилического порно, сегодня я точно без дофамина извне, нерешаемая проблема зависимости, Развлечение, Вещество, Реабилитация, Рецептор, и нам бы хуй класть как и на нас хуй клали, изменения или смерть, выход из токсического шока и готовность к самораспаду, пятая минута кислородного голодания, смерть мозга, торможение дыхания, пульс 12 ударов в минуту, кома. ну что, тебе понравилось жить? стук колес, приговор которому нет апелляции.

Все же я научился извлекать пользу из обстоятельств, от этого не могу сказать что у меня все однозначно хорошо или однозначно плохо, боль мнимая и всего лишь следствие слабости, слабость мать пороков, пороки это лишения которые порождены излишествами, излишества же следствие боязни оказаться в слабом беспомощном положении, в городе, страхе посреди непроглядной сумрачной тьмы, услада как естественная потребность быть в тепле и сытости и не быть в холоде и голоде. Отсюда все:)

Мы все прекрасно понимаем что мир разукрашен и построен для нас нарочно, в парадигме постмодерна ты двигаешься или тебя бросает от одного центра тяжести к другому, а когда кажется будто приблизился к точки невозврата через которую попал сюда, набравшись сил издыхая держишься за крышу мира, тебе в лицо светит солнце, и тебе с сожалением сообщают что ты пришел в этот мир с многими болезнями не для того чтобы выбраться отсюда чистым, помимо пороков и признаков изношенности твоего и так израненного тела, тебя в конце должны сожрать черви, ведь миллиарды в вечности и твоя смерть придет к тебе…но я совершенно туда не тороплюсь, ведь еще сильнее я в тебя все равно не влюблюсь

На орбиту не выйдем, но пол кило динамита едет со мною на выборы

Когда избавляешься от нескольких зависимостей сразу, сна нету, ты на какое то время тонешь в темноте, а потом тебя моментально включает в реальность. Я очнулся и понял что на долгое время останусь с взглядом в никуда и абсолютной неспособностью ощущать чувства и эмоции. Серотониновый гул, удары изнутри, приговор которому нет апелляции.

В коре мира, видимо, существуют задраенные дыры, и всякий раз, когда проходишь мимо них, оттуда несет морозом - так, что ноги дрожат, и темный ком собирается кулаком в горле... Их чувствуют только те, кто любит цепкие мысли, пронзительные знаки и болезненно смешанные краски ранних детских рисунков. Это наши дыры, на них "мы все упование возложиша", сквозь них идет трафик туда и оттуда... Без них мир был бы один сплошной гроб...

Одно из двух - или мир и населяющие его существа являются механизмами, машинами, аппаратами, или они суть демоны, духи, малые, умученные братья ангелов и звездных ветров... Ничего другого просто не может быть: мир либо живой, и он вырос сам из ритмической пульсации вьющихся масс, либо неживой, и его построили и раскрасили нарочно, чтобы сбить нас с толку...

Такой вопрос. Поднимался на значительные сроки достаточно давно. Но все же прочитав ваши дневники, наткнулся на проблему виде увеличивающегося количества семенной жидкости, которая увеличивает в объеме яичники и от этого любая давка (например случайная во время тренировки, если туда еще кто то ударит, будет вообще больно) провоцирует боль. Как это решается? Ведь все же цель у нас избавление от зависимости, я как человек асексуальный не рассматриваю разрядку виде эякуляции; ИНТЕРЕСНЫЙ ВОПРОС

Четвертый день, память рвется в бой и вертится как счетчик, хранила б нас беда как мы её храним. Зависимость, день принятия и до этого дни гнева, в drug withdrawal ты обязательно раскаешься и сойдешь с ума, ты обязательно сойдешь с ума. А после шаг в лихорадку, белые пятна жгут твое израненное тело и ты ревя от кошмарной боли ищешь выход отсюда, трезвость всегда тяжкое и горячее, совершенно не комфортное состояние пребывать в котором тебе нужно научиться привыкать, по другому никак. А позади у тебя неопределенность, она отнюдь не те светлые моменты которые ты не замечал под толстым слоем интоксикации, она как старый мир что гонится за тобой, ты просто бежишь иссушаясь и ревя от страха, оно догоняет тебя и в последний момент ты прыгаешь и выбрасываешься в мягкую среду обрывков и былых воспоминаний. Кучу не описаниях здесь мгновений, переходов и состояний ты окажешься в своей полноте, в ней не будет места губительным концепциям и саморазрушению, отсюда через толстое стекло ты будешь смотреть на разящую холодом и сыростью пасть сумрака, что раньше окутывал тебя и претендовал съесть душу. И да, выбора у тебя нету. Ты стоишь на чем то очень быстро наклоняющемся, и либо ты сильно изменишься, либо умрешь. Страх смерти, его у тебя совершено нету, это миф придумываемый нами веками, смерть это мгновение, мгновение и наступит пустота, в ней тесно, вместо воздуха, панически не прекращающийся страх. и наступит смерть, точнее сказать, смерть здесь вообще не при чем, там где нет жизни её и быть не может. это иной, не реальный страх отсутствия, ужас не быть. внутренний вакуум куда приползают умирать крысы и тараканы, нутро каменного мешка в котором легче только в позе эмбриона или во сне без сновидений, особенно без них. Отвращение к себе при дневном свете как в разбитом зеркале, прошлое которое не вспомнить, ни уж тем более забыть, сплошная ноющая боль, ожидание хотя бы чего то, безветрие, безверие, штиль и туман, никакого волнения, никакого предчувствия, не беды на счастье, не счастливого горя. ничего.